Понедельник, 25.09.2017, 21.37.17
Приветствую Вас Гость
Главная

Регистрация

Вход

Урок 34-35


Урок 34.

Множественное число в синдарине.

 

Небольшой урок, полный крайне полезного материала.

Синдарином, как знаем мы, зовется язык сумеречных эльфов. Посему совершенно неудивительно, что и сам язык оказывается сумеречным, таинственным и малопонятным. В отличие от Q, наиболее всего схожего с финно-угорскими, романскими, славянскими языками, как это неоднократно отмечалось, синдарин более в родстве с языками кельтскими, с валлийским, ирландским, шотландским, а это, друзья мои, такие чумовые языки, что даже русскому до них еще расти и расти. Как это бывает всегда, на околице индоевропейской языковой семьи, на туманных и холодных, но по-своему зеленых и прекрасных Британских островах замечательно сохранились такие древние и заморочные формы и вещи, которые в других, более центровых и контактирующих друг с другом языках давно уже эволюционировали и переродились до полной неузнаваемости. Не совсем неуместно было бы тут вспомнить о плезиозавре , которого многие видели в туманном и холодном, но по-своему зеленом и прекрасном шотландском озере Лох-Несс (а скорее всего, даже не об одном, а как минимум о паре, уж больно давно их там видели в первый раз, и свидетельства все продолжают поступать).

Так вот, синдарин. Выделившись из одного и того же праэльфийского языка (или одной и той же группы языков, но скорее всего, не более чем группы достаточно близких друг к другу диалектов), синдарин и квенья в дальнейшем развивались так различно, что фактически оказались на совершенно разных ветвях генеалогического древа языков, и если бы мы заранее не знали, что все, написанное Профессором, есть священная правда, нам пришлось признать, что вообще-то у людей так, наверно, не бывает.

Кроме того, описаны несколько случаев, когда синдарин – кстати, под этим словом подразумевается не только язык телери, остававшихся в Средиземье, но также и язык (языки) нандоров, откуда впоследствии произошел язык, называемый в оригиналах Sylvan, сиречь язык эльфов Лихолесья и Лориэна, а возможно, и некоторые другие языки – ведь и Темные Эльфы тоже как-то да говорили; равно как и то, что изучаем мы здесь под именем Q, включает в себя элементы нолдорина, телерина и ваньярина, то есть, является неким приближенным и обобщенным древне- и старо-эльфийским диалектом, который будет понятен мало-мало всем – так вот, описаны несколько случаев, когда синдарин по разным политическим и этногеографическим причинам крепко подпадал под влияние своего более просвещенного и утонченного братца, и это резко на нем отражалось. Впрочем, имеются и примеры обратного. Для сравнения замечу, что результаты такого сотрудничества двух языков, видимо, не более своеобразны и примечательны, чем потомство соловья и дроздихи.

Ну, да ладно. Могу еще добавить только, что изучение синдарина в наше время навряд ли можно серьезно порекомендовать юноше, обдумывающему житье-бытье. На тот момент, на котором обрывается наша связь со Средиземьем, этот язык – живой, изменяющийся и эволюционирующий. Догадаться о том, какие формы имеет он сейчас и насколько близок к тому языку, который местами бегло описан в Книгах – дело абсолютно невозможное, даже не принимая во внимание всей таинственности его истории. Для начала, мы попросту не знаем, сколько времени прошло с тех пор; а даже если бы и знали – наука глоттохронология, способная рассчитать по различиям между языками, сколько времени назад они разошлись, а по времени, прошедшему с момента расхождения языков, примерно показать, насколько один язык будет отличаться от другого, и в какую примерно сторону, придумана преимущественно людьми и верна, скорее всего, преимущественно для языков, на которых говорят люди. А люди, как заметил некогда на Патриарших Прудах другой профессор, характеризуются смертностью, которая эльфам, как мы знаем, не свойственна, и это должно накладывать серьезный отпечаток на эльфийскую лингвистику. Для нашей высокой цели – контакта с эльфами, оставшимися с Третьей Эпохи в Средиземье или приезжающими по туристической визе – гораздо вернее было бы воспользоваться языком, который уже на тот момент был более-менее канонизирован, мертв – ну, или скажем так, зафиксирован в своей структуре, и более уже не подвержен изменениям. Профессор прекрасно это понимал – это явствует из пропорций, в которых он преподавал вечный Q и эфемерный, но живой синдарин в своих Книгах.

Так вот, множественное число существительных, как это можно выяснить из материала Книг, образуется совершенно так же, как и вообще в кельтских языках – только несколько попроще, ибо вообще выучить кельтский язык доступно только настоящему кельту, а нам, изнеженным южанам и бледнолицым (желтоухим) лоулендерам, не стоит и браться за это всерьез, если рассудок дорог.

 

Основа ед. ч.

Основа мн. ч.

Примеры

a

e/ai/ei

sarnsern
barbair
alpheilph

a-a

e-ai, e-ei

aranerain

e

i

nênnîn

e-e

e-i

edheledhil

i

i

Единственное и множественное числа одинаковы

i-i

i-i

o

e/oe

nognoeg

o-o

e-y, e-e, oe-y

onodenyd
orodered
nogothnoegyth

u

y/ui

tûrtyrn
durduir

u-u

?

Примеров нет


Как нетрудно заметить, множественное число образуется изменением гласных последнего и предпоследнего слогов. Дифтонги во всех числах выглядят одинаково, так же как и гласная i сохраняет себя во всех числах, что означает, что в этих случаях маркером числа служит что-то другое – например, лениция, о которой мы только недавно говорили.

И еще множественное число может обозначаться суффиксами -?th, где -? – это некая гласная; например: perian и periannath, noeg и noegyth. Мне думается, что гласная эта зависит от последней гласной корня слова, и зависимость эта вот какая. Вспомним, что в ирландском языке гласные бывают широкими – "broad", или по-ирландски "leathan" – и узкими – "slender", по-ирландски "caol". К первым относятся a, á, o, ó, u и ú; ко вторым – e, é, i и í. В синдарине существуют и другие гласные, но, думается, у вас уже не вызовет затруднений вопрос, к широким или к узким их отнести. Так вот: мне думается, что с широкими гласными использовался суффикс -ath, а с узкими – -ith. Все желающие вольны выдвигать свои доводы за и против моего мнения.

В общем и целом, слова синдарина, как и некоторых многих других языков, следует, вероятно, заучивать сразу вместе со множественным числом, которое от них образуется. Пусть составители словарей поимеют это в виду.

Ну, значит, вот таким вот образом.


Урок 35.

Этимология: Словообразование. Дополнительный материал.

Этот урок, несомненно, должен являться одним из наиважнейших для нас. Главным в эльфийской лингвистике в нашей ситуации является умение производить из известных корней и слов другие однокоренные слова. Все написанные доныне словари неполны и не удовлетворяют всех – и даже минимальных – запросов. Не стоит надеяться, что эта ситуация будет исправлена в ближайшем будущем. Следует помнить, что сам JRRT не знал эльфийский в совершенстве. До новой исторической встречи с эльфами не будем знать его доподлинно и мы.

Но кое-что мы можем уже и сейчас, а, как известно, лучше слон в кармане, чем верблюд в океане.

В 1993 г. Общество Российско-Эльфийской Дружбы Хэрен Элендилион выдвинуло концепцию Четырех Источников Познания Мира JRRT. Источники эти суть таковы.

1.       Первый – это то, что совершенно ясно и неоспоримо написано в Книгах и Текстах; этот источник по авторитетности превосходит все остальные. Это истина в высшей инстанции, несмотря на то, что она может с виду противоречить местами сама себе: противоречия эти на самом деле внутри Мира JRRT таковыми не являются.

2.       Второй – это логические заключения, делающиеся из написанного в Книгах и Текстах. Первый источник, заметьте, стоит выше логики, потому что логика наша – чужеродна и ограниченна, а в органичном и неограниченном мире JRRT может преспокойно встретиться то, что и не снилось нашим мудрецам даже под псилоцибиновыми грибами.

3.       Третий источник, еще более сомнительный – это выведение сведений по аналогии с близкими мирами и цивилизациями. К примеру, если мы знаем, что многие конструкции Q сходны с конструкциями финского языка, то это дает нам некоторое – некоторое! – основание экстраполировать и какие-то другие конструкции этого языка на Q – до тех пор, пока мы не упремся в противоречие с первыми двум источниками познания. До чего можно дойти, пользуясь этим методом, я наглядно проиллюстрировал в своей работе "О некоторых филолого-каббалистических изысканиях в эпопее Дж.Р.Р.Толкиена "Властелин Колец"”, в которой показал, что очень многие эльфийские имена и топонимы имеют подчас весьма занятный подтекст, если увидеть в них корни языка иврит. Подтекст этот, безусловно, имеется, но утверждать, что он – намеренный, и делать из этого какие-либо выводы, на мой взгляд, было бы чересчур смело.

4.       Четвертый источник – источник, которым я, будь моя воля, запретил бы пользоваться всем, кроме меня; но трезво отдавая себе отчет, я этого не делаю. Четвертый источник – это наитие, творческая интуиция и воображение. До сих пор именно этот источник был наиболее посещаем толкиенистами, вследствие чего между ними и идет слава, что вода его мутна, а берега истоптанны и скользки. Между тем, подавляющее большинство побывавших там пыталось унести оттуда воду в решете, ибо не знали или не желали знать о существовании трех других вышеперечисленных источников и о связях, существующих между ними. Строго говоря, воображать можно все, что угодно, пока оно не противоречит прямо сказанному у Профессора, логически выводящемуся из этого и наиболее распространенным тенденциям в этой области в наиболее близких к исследуемому объекту моделях.

Применительно к языку это выглядит так. Мы можем договориться об употреблении каких-то правил эльфийского языка между собой, выведя их в первую очередь из толкиеновских произведений, во вторую – из результатов анализов, сопоставлений и экстраполяций того, что в них имеется, в третью – из близких аналогов в тех языках, с которыми у Q уже установлено сходство в этой области. И наконец, мы можем попросту придумать такие правила, которые не будут первыми тремя очередями опровергаться и не будут слишком грубым надругательством над здравым лингвистическим смыслом. Ничто не помешает нам обмениваться информацией, используя эти протоколы; пока мы не требуем соблюдения наших соглашений от тех, кто следует другим протоколам, чья авторитетность выше. Собственно, это и есть лейтмотив всей моей работы над этим учебником, и я не уверен, нужно ли было повторять все это еще раз.

А корни вообще-то каждый может выдумывать сам, тем более, что ему придется рано или поздно этим заняться, если он еще этим не занимался, ибо жизнь тогдашних эльфов крайне отличается от жизни нынешних нас, и в нашей жизни имеется огромная масса важных и кардинальных, необходимых понятий, аналогов которым в эльфийской жизни и языковой среде просто нет и не может быть.

Слово "автомобиль” нам категорически повседневно необходимо, тогда как искать его в эльфийском может только какой-нибудь окончательно "поехавший” технократ из комьютерной конференции Su.Tolkien. Между тем, даже слово "компьютер” не является для эльфийского языка недосягаемым. Пользуясь вышеописанными методами, мы можем в эльфийском найти основу   "само-”. Глагольная основа "считать” давно уже нам известна: not-. Нужный суффикс нам известен не менее хорошо. Ну-ка, вспоминайте, вспоминайте Урок 29! В случае с автомобилем нам придется изыскать также глагольную основу "двигаться”, и на основании известных нам правил, либо по сходству с ними, произвести из "само-” и "двиг-” (почему именно этих? А что такое, по-вашему, "автомобиль” на смеси латыни и греческого?) слово "самодвиг”, каковое и будет служить для нас обозначением автомобиля. Главное только, чтобы, скажем, носитель питерско-белосоветского диалекта не называл автомобиль "самодвигом”, а носитель, скажем, московско-ниеннистского наречия или казанско-"казаддумского” – "двигосамом” или там "Безумной-Железной-Коробкой-Которая-Носится-С-Дикой-Скоростью-Сама-По-Себе”. В этом случае понимание друг друга нами снова усложняется до того же неприличия, какое и имело место быть до написания мной этого учебника.

Поэтому крайне важным является всемерное и повсеместное распространение этого учебника среди заинтересованных лиц. Прочитал сам – дай прочитать товарищу, и требуй, как я требую от тебя, чтобы и он выучил все безо всяких кардинальных коррекций, исправлений и переводов, а вместо этого все комментарии и замечания отправляйте скорее же мне по адресам, указанным на обложке. Как только будет основан Комитет Нормализации Квенья для Русскоязычных или какая-нибудь Академия Языка Квенья, все накопленные материалы мы будем пересылать туда, и там люди, наделенные специальными полномочиями, необходимой ученостью, свободным временем, тушонкой, сгущенкой и самым лучшим трубочным табаком марки "Тобольдова Трава", примут решение, которым будут руководствоваться все, желающие выучить эльфийский язык, до тех пор, пока эльфы не сочтут целесообразным с нами заговорить. Ради этого – ради языкового норматива и единства в оном – отказываюсь я от весьма не помешавших бы мне гонораров и всяческих регалий и отправляю учебник буквально по водам, рискуя уже очень скоро вообще перестать считаться его автором. Но мне личная слава по барабану, мне за державу обидно, и великое дело российско-эльфийской дружбы стучит в мое сердце.

Так вот. Эльфийское слово состоит из основы (обозначающегося в лингвистике знаком и называющейся радикалом), префикса, который еще называют иногда приставкой, и суффикса, который называют еще иногда постфиксом – кому что больше нравится.

Основа квенийского слова оканчивается на -l, -n, -r, -s, -t, а если это не так, то можно быть уверенным, что ты имеешь дело с суффиксом – или постфиксом. Часто основа квенийского слова вполне совпадает с основой однокоренного синдарского термина.

Префикс в виде основной гласной выносится вперед основы в словах, которые отмечают суть явления, обозначаемого основой. Например: √SIL/THIL "светить белым светом" и isil "светящий белым светом; Луна"; на синдарине – ithil, что свидетельствует о том, что в синдарине слова с префиксами также близко напоминают квенийские. Видимо, прикол этот очень древний, еще с берегов незабвенного озера Куйвиэнен. Еще пример? – пожалуйста: √TALÂT "клониться, падать" и talta "склон", atalta "падать".

Постфиксом – ибо так я решил его именовать – чаще всего выступает одна гласная. В PE это долгая гласная, в Q – краткая, а в S она и вовсе опускается: √SIR → ?SÍRË (PE) → sírë (Q) → sîr (S)

Существует еще такое явление, именуемое синкопой – это не имеет в данном случае к джазу никакого отношения, а означает выбрасывание серединной гласной. Для двусложных слов Q это явление весьма характерно. S склонен отбрасывать скорее последнюю гласную трехсложного PE-ского слова, а иногда расходится и на среднюю: √KARAKKARAKÂcarcacarag, carch.

Все эти штуки следует помнить, занимаясь производством неизвестных Толкиену эльфийских слов. Теперь указания, которые могут – и должны – помочь вам в этом.

Квенийские окончания прилагательных трансформируются в синдарине следующим образом (совершенно сохраняя свои значения):

  • -ima-en, -in (не путать с окончаниями множественного числа!);
  • -in-(r)in;
  • -ëa-ui;
  • -ië-ith

Следующие окончания носят следующие смысловые нагрузки:

-         -a – имя собственное, ж.р. (настолько, насколько мы признаем наличие в Q родов), относится как к конкретным, так и к отвлеченным понятиям. Для прилагательного обозначает состояние, условие бытия. Служит также в глагольных основах – видимо, неким "глаголизатором” радикала.

-         – для любого рода (а в английском их, как я недавно обнаружил, на самом деле, пять, только выглядят они одинаково), нарицательное, относится к общим вещам и понятиям, в частности и к отвлеченным, к состояниям; как правило, говорит о неодушевленности; также может означать и условие. Служит окончанием как для существительных, так и для прилагательных.

-         -i – весьма редко встречающееся (особенно в S) окончание существительного ж.р.

-         -o – для имен собственных мужского рода обозначает действующее лицо; реже – результат действия.

-         -u – для мужского рода, а также для упомянутой выше "глаголизации”.

-         -ma – для образования из радикала обозначении "вещи” – в понятиях и конкретных, и отвлеченных. Пример: √*YUL "?пить" → yulma "кубок"

-         -ya – для обозначения от радикала отношения "того, что” или "того, которое”, а также для "глаголизации”. Пример первого – √FANA "завеса, дымка, вуаль" → fanya "облако"; второго – √KHIL "след" → hílya – "следовать".

-         -n(d)a, -n(d)ë, -n(d)o – группа постфиксов, обозначающих, как правило, действующее лицо. Второй из них считается более общим и отвлеченным, третий – самым активным. Первый используется редко и является, по-видимому, какой-то модификацией или раритетной формой. Примеры: √BAR "поднять" → BÂRA+DAVarda; √LIND "петь" → linda "поющий". В S ей соответствует постфикс -od, имеющий также сильное значение "один из” (вы уж извините, но я, ей-богу, не знаю тех мудреных латинских слов, которыми все эти оттенки смыслов называютс по-умному; надеюсь только, что и вы их не знаете): √NOLÑolod.

Реклама
Редкие животные мира!.
Форма входа
Поиск
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0